9427
3
7 января в 1911 году родился Зиновий Колобанов - советский танкист-ас, командир роты тяжелых танков и просто еще один герой Великой Отечественной Войны, который не получил ни наград, ни известности при жизни. А между тем 20 августа 1941 году экипаж его КВ-1 в одном бою уничтожил 22 танка противника. Этот бой признается экспертами уникальным в военной истории.
1. Главный подвиг своей жизни танкист совершил в августе 1941 года.
19 августа рота танков КВ-1 под командованием Колобанова заняла оборону в засаде под городом Красногвардейском (Гатчина). Сам же командир выбрал позицию проходящего через болота шоссе. Когда колонна немецких танков полностью оказалась в поле видимости, он приказал подбить первые и последние две машины, а затем последовательно расстрелял все 22 немецких PzKpfw IV (Панцеркампфваген IV, в СССР был известен также как T-IV).
К концу сражения его рота доложила об уничтожении 43 танков противника. После боя на своей машине экипаж Колобанова насчитал 156 (!) попаданий немецких снарядов.
Этот бой не имеет аналогов в мировой истории и подтверждает тактический гений и военную удачу Зиновия Григорьевича. Сам он вспоминал: "Меня нередко спрашивали: было ли страшно? Но я - военный человек, получил приказ стоять насмерть. А это значит, что противник может пройти через мою позицию только тогда, когда меня не будет в живых. Я принял приказ к исполнению, и никаких "страхов" у меня уже не возникало и возникать не могло".
2. Колобанов участвовал в Советско-Финской войне 1939-1940 годов, где на своем КВ-1 прошел путь от границы до Выборга.
За прорыв линии Маннергейма Колобанов стал Героем Советского Союза (в начале марта 1940 года получил Золотую Звезду и орден Ленина) и ему присвоили внеочередное звание капитана. Но за братание его подчиненных с финскими военнослужащими после подписания Московского мирного договора от 12 марта 1940 года был лишен и звания, и награды.
19 августа рота танков КВ-1 под командованием Колобанова заняла оборону в засаде под городом Красногвардейском (Гатчина). Сам же командир выбрал позицию проходящего через болота шоссе. Когда колонна немецких танков полностью оказалась в поле видимости, он приказал подбить первые и последние две машины, а затем последовательно расстрелял все 22 немецких PzKpfw IV (Панцеркампфваген IV, в СССР был известен также как T-IV).
К концу сражения его рота доложила об уничтожении 43 танков противника. После боя на своей машине экипаж Колобанова насчитал 156 (!) попаданий немецких снарядов.
Этот бой не имеет аналогов в мировой истории и подтверждает тактический гений и военную удачу Зиновия Григорьевича. Сам он вспоминал: "Меня нередко спрашивали: было ли страшно? Но я - военный человек, получил приказ стоять насмерть. А это значит, что противник может пройти через мою позицию только тогда, когда меня не будет в живых. Я принял приказ к исполнению, и никаких "страхов" у меня уже не возникало и возникать не могло".
2. Колобанов участвовал в Советско-Финской войне 1939-1940 годов, где на своем КВ-1 прошел путь от границы до Выборга.
За прорыв линии Маннергейма Колобанов стал Героем Советского Союза (в начале марта 1940 года получил Золотую Звезду и орден Ленина) и ему присвоили внеочередное звание капитана. Но за братание его подчиненных с финскими военнослужащими после подписания Московского мирного договора от 12 марта 1940 года был лишен и звания, и награды.
3. На Великую Отечественную был призван 3 июля 1941 года. В первую танковую дивизию Колобанов попал из запаса.
Его распределили охранять от фашистов Ленинградский рубеж, сам же танкист такому повороту судьбы был доволен, так как к городу на Неве у него было особое теплое отношение еще со времен службы в Ленинградском военном округе. Как он сам говорил: "Поскольку у меня уже был боевой опыт - прошел всю финскую и трижды горел в танке, то дали "старлея" и назначили командиром роты".
4. В сентябре 1941 года Колобанов был тяжело ранен и рисковал на всю жизнь остаться инвалидом.
"Случилось это 21 сентября. Ночью. На кладбище в Пушкине. Туда гэсээмовцы приезжали заправлять нас, туда подвозили боезапас. Помню, вылез я из машины, вдруг - разрыв, меня подняло в воздух и отбросило. Сознание я потерял не сразу, сгоряча пытался двигаться. А вот как меня вывозили, уже не помню", - вспоминал герой.
В госпитальных документах записано: "Осколочное поражение головы и позвоночника. Контузия головного и спинного мозга". Он лежал пластом в 1943 и в 1944 годах. Потом начал вставать, мог ходить только с помощью палки.
"Почему-то я был убежден, что не умру. Но оказался калекой. Все тело ходуном ходило, голова тряслась. Набравшись сил и смелости, попросился опять в родную армию. Пришлось, конечно, палку выбросить, держаться. Великое счастье: взяли. Служил. Товарищи понимали меня, помогали. Спасибо им. Могу только сказать, что солдатский хлеб я ел недаром: со временем мой танковый батальон был признан лучшим в армии, командующий вручил мне именное охотничье ружье", - с гордостью рассказывал Колобанов после войны.
Его распределили охранять от фашистов Ленинградский рубеж, сам же танкист такому повороту судьбы был доволен, так как к городу на Неве у него было особое теплое отношение еще со времен службы в Ленинградском военном округе. Как он сам говорил: "Поскольку у меня уже был боевой опыт - прошел всю финскую и трижды горел в танке, то дали "старлея" и назначили командиром роты".
4. В сентябре 1941 года Колобанов был тяжело ранен и рисковал на всю жизнь остаться инвалидом.
"Случилось это 21 сентября. Ночью. На кладбище в Пушкине. Туда гэсээмовцы приезжали заправлять нас, туда подвозили боезапас. Помню, вылез я из машины, вдруг - разрыв, меня подняло в воздух и отбросило. Сознание я потерял не сразу, сгоряча пытался двигаться. А вот как меня вывозили, уже не помню", - вспоминал герой.
В госпитальных документах записано: "Осколочное поражение головы и позвоночника. Контузия головного и спинного мозга". Он лежал пластом в 1943 и в 1944 годах. Потом начал вставать, мог ходить только с помощью палки.
"Почему-то я был убежден, что не умру. Но оказался калекой. Все тело ходуном ходило, голова тряслась. Набравшись сил и смелости, попросился опять в родную армию. Пришлось, конечно, палку выбросить, держаться. Великое счастье: взяли. Служил. Товарищи понимали меня, помогали. Спасибо им. Могу только сказать, что солдатский хлеб я ел недаром: со временем мой танковый батальон был признан лучшим в армии, командующий вручил мне именное охотничье ружье", - с гордостью рассказывал Колобанов после войны.
5. Однажды Колобанов попросил слово на военно-исторической конференции.
Он рассказывал о роли танковых взводов в оборонительном бою и сослался на собственный удачный пример. Следующий оратор, поднявшись на трибуну, едко заулыбался и сказал в зал оскорбительные слова: "Брехун вы, Колобанов! Чтобы в одном бою экипаж уничтожил 22 танка - не было такого! Да и быть не могло".
Сдерживая волнение, Зиновий Григорьевич передал в президиум пожелтевший листок фронтовой газеты, в которой был описан его героический подвиг. Руководивший конференцией генерал пробежал глазами текст, подозвал оратора к себе и приказал: "Читай вслух, чтобы весь зал слышал!"
6. Все члены экипажа танка, участвующего в легендарном танковом бою под Гатчиной, были представлены командиром полка Погодиным к званию Героев Советского Союза, но ни один так и не получил звания.
Присвоить Зиновию Колобанову высшую награду страны - Героя Российской Федерации - не раз просили сами россияне. Так, к примеру, минский поклонник Колобанова за счет собственных средств установил мемориальный памятник танкисту на Чижовском кладбище в Минске в 2006 году. Множество раз этот вопрос поднимался различными ветеранскими организациями Санкт-Петербурга, но, как говорится воз и ныне там.
Он рассказывал о роли танковых взводов в оборонительном бою и сослался на собственный удачный пример. Следующий оратор, поднявшись на трибуну, едко заулыбался и сказал в зал оскорбительные слова: "Брехун вы, Колобанов! Чтобы в одном бою экипаж уничтожил 22 танка - не было такого! Да и быть не могло".
Сдерживая волнение, Зиновий Григорьевич передал в президиум пожелтевший листок фронтовой газеты, в которой был описан его героический подвиг. Руководивший конференцией генерал пробежал глазами текст, подозвал оратора к себе и приказал: "Читай вслух, чтобы весь зал слышал!"
6. Все члены экипажа танка, участвующего в легендарном танковом бою под Гатчиной, были представлены командиром полка Погодиным к званию Героев Советского Союза, но ни один так и не получил звания.
Присвоить Зиновию Колобанову высшую награду страны - Героя Российской Федерации - не раз просили сами россияне. Так, к примеру, минский поклонник Колобанова за счет собственных средств установил мемориальный памятник танкисту на Чижовском кладбище в Минске в 2006 году. Множество раз этот вопрос поднимался различными ветеранскими организациями Санкт-Петербурга, но, как говорится воз и ныне там.
Источник:
Ссылки по теме:
- Факты о гладиаторах
- Каков тролль!
- СМОТРЕТЬ ВСЕМ!! утро первого января магазин.
- Навал "Беззаветного". Как говорится "в красках"
- Фишкина солянка за 08.01.2014
реклама
З.Ы. сам играю в ВОТ, но вот коментить героев. поистине героев я не смею и другим не советую...
Войну оканчивал на Ис-2, в основном разрушая оборонительные сооружения.
Умер в 1991 году, Героея Совесткого Союза и России не был удостоен ни при жизни, ни посмертно.
Ник - Enkelin.
Утром в 9 и 10 часов в воздухе появились немецкие самолеты-разведчики Ю-88, которые усиленно кружили над танками, охраняющими и стоящими насмерть у шоссейных дорог, они снижались очень низко; велико было желание экипажей дать очередь с крупнокалиберного пулемета по этому хищнику, но этого делать было невозможно, мы могли сорвать этим наши планы и могли не выполнить боевое задание.
В 12 ч. 30 мин. командир орудия сержант т. Усов доложил, что по дороге с запада в секторе наблюдения замечена пыль и движение 3-х мотоциклистов с колясками. Вот они показались на горизонте высоты (шоссе), ехали медленно, скачками 50-100 м, обильно ведя пулеметный огонь по кюветам и кустарникам, прилегающему шоссе слева и справа и по дороге вперед по шоссе (видимо, боялись минированной дороги и засады в кустах). Вот они подошли к перекрестку, долго вели огонь из пулеметов и на скоростях прошли мимо стоящего танка в засаде - какое было желание уничтожить этих незваных гостей (но опять было невозможно и преждевременно). Командир орудия т. Усов явно стал нервничать и терять выдержку, я вынужден был показать ему пистолет, он меня прекрасно понял и успокоился.
Экипаж танка ждал более крупного хищника, который был где-то недалеко, об этом напоминали самолеты, которые кружили над дорогой и атаки танков на участках ст. лейтенанта т. Дегтярь и мл. лейтенанта т. Евдокименко, которые доложили по радио, что отразили по 4 атаки и уничтожили один 8 танков, а другой 6 [танков] и много другой техники и живой силы. Я в ответной радиограмме поздравлял их и напомнил выдержку из приказа - "стоять насмерть"; они ответили: "Есть стоять насмерть".
Но вот и нам долго ждать не пришлось - с высоты по шоссе вниз к перекрестку сползали танки; они медленно шли один за другим, лязгая гусеницами, их мы насчитали 22 (малые Т-3 и средние - М-4) (так в тексте - М.С.), сзади за танками шли бронетранспортеры (и это может быть правдой, т.к. именно в 1-й танковой дивизии вермахта на БТР было посажено два батальона мотопехоты; в 10-й тд один батальон, в других дивизиях - по одной роте или вовсе ни одного БТР - М.С.). Я ждал, когда вся колонна втянется, мой план был очень прост по замыслу - используя непроходимые для танков болота слева и справа плюс высокая насыпная дорога, бить по головным танкам, чтобы они загородили дорогу [для] движения вперед, потом перенести огонь на хвост колонны, зажечь танки и загородить, отрезать путь отхода колонны назад.
Вот колонна вся вошла на дорогу, а передние танки близко от перекрестка, я приказал: "Зарядить орудие бронебойным-зажигательным, целиться ниже белого креста на борту танка, огонь только по моей команде". Напряжение дошло до предела (нервы), механик-водитель не выдержал, застонал от нервных переживаний. Вот и танк взошел на перекресток - люки открыты, гитлеровцы сидят спокойно и смотрят нахально, уверенно; у них расстегнуты воротники, оголены руки до локтей, один что-то жует, другой смотрит в бинокль. Я снял предохранитель со спуска и громко дал команду "Огонь по гадам!"
Раздался выстрел, снаряд угодил в броню ниже креста, танк закачался, дрожал всем корпусом, окутанный дымом и огнем от взрыва, отполз еще несколько метров и встал поперек шоссе, загородив движение. Немедленно прогремел другой выстрел, и второй танк горой вплотную подошел к первому. Я приказал перенести огонь на танки, находящиеся в хвосте колонны, прогремело еще 6 выстрелов, и костер огня забушевал в хвосте колонны (так было подбито и горело 3 танка).
Немцы как в исступлении какое-то время молчали, танки сзади видимо спешили вперед, тем более колонна была лишена какого бы то ни было маневра. Передние пытались обойти горевшие танки, лезли на них, но мы их били прямо в упор - вот в голове [колонны] уже горят 5 танков. Немцы открыли бешенный огонь по высоте, зажгли стога сена, а наше орудие с каждым новым выстрелом увеличивало число горевших танков. Вот экипажи бросились бежать по кювету, но их косила очередь наших пулеметов - к 15 часам все 22 танка горели и рвались от собственных боеприпасов.
Экипаж утомленный, но упоенный победой, ликовал. Я доложил по радио, что нами уничтожена колонна танков 22 [единицы], к нам примерно через 30-40 минут пришел танк, на котором был оперуполномоченный и начальник оперативного отдела, с ними был кино-корреспондент. Они искренне поблагодарили экипаж и засняли на кинопленку горевшие танки; попрощавшись с экипажем, уехали, обещав нам доставить боеприпасы, так как у нас осталось всего боеприпасов (снарядов) только 28, а 97 [штук] мы выпустили по танкам.
Теперь колонна [немецких танков] представляла общий большой и длинный костер; горевшие танки периодически рвались, и тогда вверх летели большие куски брони и убитые члены экипажей. Экипаж сидел каждый на своем месте и внимательно следил за местностью. И снова закружил самолет (корректировщик), а вот раздался артиллерийским залп орудий где-то слева, и снаряды со страшным воем и скрежетом приближались к танку, и вот вздрогнула земля, танк наш зашатался, все кругом заволокло дымом и пылью. Так 30 минут мы находились под губительным огнем тяжелых орудий. Экипаж весь смотрел на меня, ждали, видимо, моих решений, и я дал [команду] усилить наблюдение, зная, что после этого огня они снова пойдут в атаку.
И как только кончился обстрел, из леса слева, с противоположной стороны совхоза Войсковицы появились танки; они быстро шли к совхозу, их мы насчитали 38 [штук]. Укрывшись за посадкой деревьев, немцы выслали разведку, которая обнаружила наш танк, и, видимо, решили уничтожить танк орудиями ПТА (противотанковой артиллерии). На перекресток быстро выкатили орудие, но выстрелить не успели, мы их подняли вверх; так немцы три раза выкатывали орудие, а мы их уничтожали. Видимо, это их не устраивало, и они решили окружить наш танк и расстрелять или захватить нас и танк. Танки немцев вышли из укрытий (обсадка совхоза) и полукольцом стали окружать наш танк, но не приближаясь близко - видимо, знали хорошо силу нашей пушки Л-17 (так в тексте, должно быть Л-11, что говорит о том, что танк был самых первых заводских серий - М.С.) и брони, которую не брали их пушки.
Я доложил обстановку, и мне приказали выйти из окружения не новый рубеж. В это время к танку подполз пехотинец и сказал, что в кустах 8 человек раненых во главе с мл. лейтенантом. Я дал команду поднести раненых к танку. Эту операцию под обстрелом танков [противника] блестяще сделал механик-водитель старшина сверхсрочник Никифоров и рядовой Роденков (они ползком, с большим риском для жизни перетащили всех 8 человек, погрузили на танк, и танк загруженный ранеными, на скорости, с огнем из орудия и пулеметов, пошел на таран немецкого танка, который стоял на дороге к выходу из окружения немецких танков. Немец не выдержал нашего варианта и свернул в кусты, а мы вышли из окружения, сдали раненых, пополнились боеприпасами и снова пошли в бой.
В этом бою 5-ю танками КВ было уничтожено: танков - 43, бронетранспортеров - 11, колесных [машин] - 9, орудий разных - 19 и много убито живой силы. Наш танк в этом бою уничтожил: танков - 22, бронетранспортеров - 4, колесных - 3, ПТ0 - 3, мотоциклов - 2. Танк получил 147 вмятин и прямых попаданий.
Вот что я мог сообщить. С приветом к Вам.
подпись [З.Г. Колобанов]
http://voennoe-delo.com/25-tankov-podbil.htmlhttp://voennoe-delo.com/25-tankov-podbil.html