Щеки алые, как яблоки, дыхание висит в воздухе пушистыми облачками, а в руках — последние снежки, которые жалко бросить. Самый младший, в варежке с оторванным пальцем, уже тянется к дверной ручке, но старший хватает его за капюшон: «Стой! Давай сначала снег с себя стряхнем!» — шепчет, будто это военная операция.
Они топчутся на пороге, смешавшись со смехом и визгом: с шуб сыплются алмазные крупинки, валенки похрустывают насту, а из-под ушанки старшей девочки выбивается прядь, схваченная инеем. За их спинами — следы-зигзаги, будто следы невиданных зверей, и санки, брошенные у сугроба. Из окна уже виднеется мамина тень — она задернула занавеску и вот-вот выйдет «на разведку». Но они еще не знают этого.
«Мама опять скажет, что мы полдвора в дом занесли…» — вздыхает старший, но глаза у него блестят — они же не просто так носились с горки, пока не стемнело! Где-то внутри уже пахнет жареной картошкой и малиновым вареньем, но здесь, на пороге, — последние секунды вольницы.
Вот они замирают: за дверью слышатся шаги. Еще мгновение — и начнется тот самый момент, когда мама ахнет, заставит их отряхиваться у порога, а потом обнимет, спросив: «Замерзли, сорванцы?».
Источник:
- Венгерские короткометражные мультсериалы на советском ТВ
- Когда мы были детьми: о людях, чьи беззаботные дни пришлись на период СССР
- Картинки с подписями. Ностальгия
- Москва в красках 30-годов
- Путешествие в счастливое советское детство