1388
2
Советский разведчик Николай Иванович Кузнецов
...Дело происходило в стане врага...
Подошедших на шум четырех офицеров Кузнецов (Советский разведчик) ловко задержал, объяснив, что в квартире Ильгена (немецкого генерала) пойман партизан, и потребовал у офицеров документы. Один из них нес большую пуховую перину. Он оказался личным шофером Коха. Кузнецов предложил ему проехать в гестапо, дать показания. «Я не могу, я несу перину господину гауляйтеру!» — бормотал перепуганный шофер. «Ничего не могу поделать. Господин гауляйтер переспит еще одну ночь без перины, передайте ее господам офицерам».
И, набив до отказа свою машину, Кузнецов увозит из города генерала Ильгена и шофера Коха.
Просто и на первый взгляд даже буднично совершал Кузнецов свои подвиги. Тех, кто читал о нем в книге Медведева «Сильные духом», поражала именно эта простота его замыслов и кажущаяся легкость выполнения.
Но нам, очевидцам и участникам событий, было хорошо известно, что самое трудное заключалось именно в том, чтобы придумать и разработать самый простой план операции.
Действительно, новичку в деле разведки всегда хочется придумать наиболее хитроумную операцию, с сложнейшей системой сигналов, с длинной цепью информаторов, помощников, промежуточных исполнителей. Каждое звено в этой цепи тщательно засекречивается, трижды страхуется на случай провала. Принимаются тысячи предосторожностей и прочее, и прочее... И оказывается, что именно этот трижды застрахованный план никуда не годен — в момент выполнения операции из-за малейшего непредвиденного обстоятельства не сработает одно звено, — и это не только опрокидывает всю систему, но и создает такую путаницу, при которой могут выдать себя и погибнуть многие участники.
Простой план легко выполним и всегда неожидан для врага.
Цессарский "Записки партизанского врача"
Подошедших на шум четырех офицеров Кузнецов (Советский разведчик) ловко задержал, объяснив, что в квартире Ильгена (немецкого генерала) пойман партизан, и потребовал у офицеров документы. Один из них нес большую пуховую перину. Он оказался личным шофером Коха. Кузнецов предложил ему проехать в гестапо, дать показания. «Я не могу, я несу перину господину гауляйтеру!» — бормотал перепуганный шофер. «Ничего не могу поделать. Господин гауляйтер переспит еще одну ночь без перины, передайте ее господам офицерам».
И, набив до отказа свою машину, Кузнецов увозит из города генерала Ильгена и шофера Коха.
Просто и на первый взгляд даже буднично совершал Кузнецов свои подвиги. Тех, кто читал о нем в книге Медведева «Сильные духом», поражала именно эта простота его замыслов и кажущаяся легкость выполнения.
Но нам, очевидцам и участникам событий, было хорошо известно, что самое трудное заключалось именно в том, чтобы придумать и разработать самый простой план операции.
Действительно, новичку в деле разведки всегда хочется придумать наиболее хитроумную операцию, с сложнейшей системой сигналов, с длинной цепью информаторов, помощников, промежуточных исполнителей. Каждое звено в этой цепи тщательно засекречивается, трижды страхуется на случай провала. Принимаются тысячи предосторожностей и прочее, и прочее... И оказывается, что именно этот трижды застрахованный план никуда не годен — в момент выполнения операции из-за малейшего непредвиденного обстоятельства не сработает одно звено, — и это не только опрокидывает всю систему, но и создает такую путаницу, при которой могут выдать себя и погибнуть многие участники.
Простой план легко выполним и всегда неожидан для врага.
Цессарский "Записки партизанского врача"
Еще крутые истории!
- Британка сделала ринопластику и бросила мужа, решив, что теперь «слишком хороша для него»
- В Бразилии дворник нашел новорожденную в мусорке и решил удочерить её
- Женщина 10 лет ничего не покупает, потому что полностью отказалась от денег
- Завидуйте молча: 17-летний парень бросил все ради женщины с четырьмя детьми
- 14 сильных фотографий, которые рассказывают об истории человечества
Когда начальник секретно-политического отдела ГУГБ НКВД Федотов увидел документы прибывшего к нему Кузнецова, он схватился за голову: две судимости! Дважды исключен из комсомола! Да такая анкета — прямая дорога в тюрьму, а не в органы НКВД! Но и он оценил исключительные способности Кузнецова и оформил того как «особо засекреченного спецагента», спрятав его анкету от кадровиков за семь замков в свой личный сейф.
Чтобы уберечь Кузнецова, отказались от процедуры присвоения звания и выдачи удостоверения. Спецагенту оформили советский паспорт на имя Рудольфа Вильгельмовича Шмидта, по которому чекист и жил в Москве. Вот так советский гражданин Николай Кузнецов вынужден был скрываться в родной стране.
Разведчику «слегендировали» биографию немецкого офицера, лейтенанта Пауля Вильгельма Зиберта. Поначалу его определили в люфтваффе, но позже «перевели» в пехоту. Зимой 1942 года переведён в лагерь для немецких военнопленных в Красногорске, где осваивал порядки, быт и нравы армии Германии. Затем под фамилией Петров тренировался в прыжках с парашютом. По итогам всех испытаний решено было использовать Кузнецова в тылу врага по линии «Т» (террор)[7].
Николай Кузнецов в немецкой форме, 1942 год
Летом 1942 года под именем Николая Грачёва направлен в отряд специального назначения «Победители» под командованием полковника Дмитрия Медведева, который обосновался вблизи оккупированного города Ровно. В этом городе располагался рейхскомиссариат Украина.
С октября 1942 года Кузнецов под именем немецкого офицера Пауля Зиберта с документами сотрудника тайной немецкой полиции вёл разведывательную деятельность в Ровно, постоянно общался с офицерами вермахта, спецслужб, высшими чиновниками оккупационных властей, передавая сведения в партизанский отряд.
7 февраля 1943 года Кузнецов, устроив засаду, взял в плен майора Гаана — курьера рейхскомиссариата Украины, который вёз в своём портфеле секретную карту. После изучения карты и допроса Гаана выяснилось, что в 8 км от Винницы сооружён бункер Гитлера под кодовым названием «Вервольф». Информация об этой ставке фюрера была срочно передана в Москву[3].
С весны 1943 года, уже в чине обер-лейтенанта, несколько раз пытался осуществить своё главное задание — физическое уничтожение рейхскомиссара Украины Эриха Коха. Первые две попытки — 20 апреля 1943 во время военного парада в честь дня рождения Гитлера и летом 1943 года во время личного приёма у Коха по случаю возможной женитьбы на девушке-фольксдойче — вообще не получились — в первом случае Кох не пришёл на парад, а во втором было слишком много свидетелей и охраны. Не удалась попытка покушения и 5 июня 1943 года на имперского министра по делам оккупированных территорий Альфреда Розенберга — приблизиться к нему было невозможно.
Осенью 1943 года были организованы несколько покушений на постоянного заместителя Э. Коха и руководителя управления администрации рейхскомиссариата Пауля Даргеля:
20 сентября Кузнецов по ошибке вместо Даргеля убил заместителя Э. Коха по финансам Ганса Геля и его секретаря Винтера;
30 сентября он пытался убить Даргеля противотанковой гранатой. Однако Даргель получил тяжёлые ранения и потерял обе ноги (сам Кузнецов был ранен осколком гранаты в руку), но выжил. После этого на самолёте Даргель был вывезен в Берлин[11][12].
После этого было принято решение организовать похищение (с последующей переброской в Москву) прибывшего летом в Ровно командира соединения «восточных батальонов» генерал-майора Макса Ильгена. В задачу последнего входила разработка плана по ликвидации партизанских соединений. В ноябре 1943 года Ильген был захвачен вместе с Паулем Гранау — шофёром Э. Коха, но в Москву их вывезти не удалось — партизанский отряд отошёл от города на недосягаемое расстояние; Ильген был расстрелян на одном из хуторов близ Ровно.
16 ноября 1943 года Кузнецов провёл свою последнюю ликвидацию в Ровно — был убит глава юридического отдела рейхскомиссариата Украина оберфюрер СА Альфред Функ[13].
От него первого была получена информация о подготовке Операции «Длинный прыжок» — покушения на лидеров «Большой тройки» на Тегеранской конференции. Кроме того, Кузнецову удалось получить некоторые сведения о подготовке немецкого наступления на Курской дуге.
В январе 1944 года командир отряда «Победители» Медведев приказывает Кузнецову, «получившему» чин гауптмана, отправляться вслед за отступающими немецкими войсками с первой остановкой во Львове. Вместе с Кузнецовым выехали разведчики Иван Белов и Ян Каминский, у которого во Львове были многочисленная родня и немало знакомых. Во Львове Кузнецов уничтожил нескольких оккупантов — в частности, были ликвидированы шеф правительства дистрикта Галиция Отто Бауэр и начальник канцелярии правительства генерал-губернаторства доктор Генрих Шнайдер.
Гибель[править | править вики-текст]
Могила Николая Кузнецова
на Холме Славы во Львове
Весной 1944 года ориентировки с описанием гауптмана имели многие немецкие патрули в городах Западной Украины. Кузнецов решает уйти из города, пробиться в партизанский отряд или выйти за линию фронта.
9 марта 1944 года, приблизившись к линии фронта, группа Кузнецова натолкнулась на бойцов УПА. Это произошло в селе Боратин Бродовского района. Николай принял решение войти в село. Он посчитал, что, если это красноармейцы (бандеровцы были в форме солдат СССР), то разведчики сумеют объясниться, а если войска УПА, Кузнецову и его спутникам нечего бояться (они были в немецкой форме.) Но бандеровцы знали, что это разведчики и намеревались брать Кузнецова живым. Он не сдался. В ходе перестрелки с бандеровцами Николай Кузнецов и его спутники Ян Каминский и Иван Белов были убиты (по одной из версий Кузнецов погиб, подорвав себя гранатой)[6][3].
Возможное захоронение группы Кузнецова было обнаружено 17 сентября 1959 года в урочище Кутыки благодаря поисковой работе его боевого товарища Николая Струтинского. Струтинский добился перезахоронения предполагаемых останков Кузнецова во Львове на Холме Славы 27 июля 1960 года.