4525
6
Что происходит, если два худших полководца своей эпохи вступают в битву с друг другом?
Такое случилось во время первой из восьми Религиозных войн во Франции XVI века.
Такое случилось во время первой из восьми Религиозных войн во Франции XVI века.
Коннетабль Франции Анн де Монморанси
Католики и протестанты (гугеноты) ввязывались в бесчисленные сражения, в основном бездарные с точки зрения тактики.
Коннетабль Франции Анн де Монморанси считался лучшим в стране воином, так как в пору Итальянских войн проявил себя как отчаянный храбрец.
В военном искусстве он не видел ничего сложного: достаточно было кричать «В атаку!» и пришпоривать коня. Он был ревностным католиком, и посему возглавлял католическую армию. Он был пылок, горяч и вздорен, как истинный француз, несмотря на свой довольно преклонный возраст – 69 лет.
Католики и протестанты (гугеноты) ввязывались в бесчисленные сражения, в основном бездарные с точки зрения тактики.
Коннетабль Франции Анн де Монморанси считался лучшим в стране воином, так как в пору Итальянских войн проявил себя как отчаянный храбрец.
В военном искусстве он не видел ничего сложного: достаточно было кричать «В атаку!» и пришпоривать коня. Он был ревностным католиком, и посему возглавлял католическую армию. Он был пылок, горяч и вздорен, как истинный француз, несмотря на свой довольно преклонный возраст – 69 лет.
×
Людовик де Бурбон, 1-й принц Конде
Вождем протестантов был принц Людовик де Конде, единственный в стране полководец, равный по бездарности коннетаблю.
Рядом с ним сражался адмирал де Колиньи ( никогда не командовавший флотом), лидер гугенотской партии. Он намного превосходил Конде в боевом опыте, но был вынужден подчиняться принцу крови.
Протестантская армия – 4000 всадников и 9000 пехотинцев – 19 декабря 1562 года, во главе с де Конде и адмиралом, шла к Дрё западнее Парижа.
Разумеется, никто не позаботился выслать вперед разведчиков. Принц Конде был выше этих мелочей, а младшие офицеры, не получив никаких распоряжений, особенно себя не утруждали.
Вождем протестантов был принц Людовик де Конде, единственный в стране полководец, равный по бездарности коннетаблю.
Рядом с ним сражался адмирал де Колиньи ( никогда не командовавший флотом), лидер гугенотской партии. Он намного превосходил Конде в боевом опыте, но был вынужден подчиняться принцу крови.
Протестантская армия – 4000 всадников и 9000 пехотинцев – 19 декабря 1562 года, во главе с де Конде и адмиралом, шла к Дрё западнее Парижа.
Разумеется, никто не позаботился выслать вперед разведчиков. Принц Конде был выше этих мелочей, а младшие офицеры, не получив никаких распоряжений, особенно себя не утруждали.
Битва при Дрё
Внезапно католическая армия перегородила дорогу протестантской. Как ни удивительно, Монморанси вспомнил о пользе разведки и заработал первое очко в тактической игре против принца. Он также поторопился занять хорошую позицию, защищенную с обоих флангов лесом.
Лучший французский полководец, герцог Гиз, отказался быть главнокомандующим королевской( т.е. католической) армии, так как не хотел делить с Монморанси ответственность за поражение, неизбежное при таком руководстве. В результате вторым по званию в католической амии был маршал Сен-Андре, примерно так же альтернативно одаренный, как и Монморанси.
Колиньи высоко оценил оборонительную позицию неприятеля и посоветовал принцу не ввязываться в бой, обойти неприятеля и начать сражение при более благоприятных условиях как-нибудь на днях. Однако принц был уверен, что католики непременно пойдут в атаку.
Гугеноты выстроились в боевой порядок: Колиньи против Монморанси, Конде против Сен-Андре.
Принц ждал атаки полдня, потом, устав, решил все-таки обойти противника и двинул свою армию на запад.
Монморанси, увидев, что неприятель подставляет ему фланг, тут же кинулся в атаку.
Это было гибельное решение. Конница Колиньи смяла его кавалерию; сам Монморанси, скакавший в первых рядах, получил ранение, упал с лошади и был взят в плен.
Внезапно католическая армия перегородила дорогу протестантской. Как ни удивительно, Монморанси вспомнил о пользе разведки и заработал первое очко в тактической игре против принца. Он также поторопился занять хорошую позицию, защищенную с обоих флангов лесом.
Лучший французский полководец, герцог Гиз, отказался быть главнокомандующим королевской( т.е. католической) армии, так как не хотел делить с Монморанси ответственность за поражение, неизбежное при таком руководстве. В результате вторым по званию в католической амии был маршал Сен-Андре, примерно так же альтернативно одаренный, как и Монморанси.
Колиньи высоко оценил оборонительную позицию неприятеля и посоветовал принцу не ввязываться в бой, обойти неприятеля и начать сражение при более благоприятных условиях как-нибудь на днях. Однако принц был уверен, что католики непременно пойдут в атаку.
Гугеноты выстроились в боевой порядок: Колиньи против Монморанси, Конде против Сен-Андре.
Принц ждал атаки полдня, потом, устав, решил все-таки обойти противника и двинул свою армию на запад.
Монморанси, увидев, что неприятель подставляет ему фланг, тут же кинулся в атаку.
Это было гибельное решение. Конница Колиньи смяла его кавалерию; сам Монморанси, скакавший в первых рядах, получил ранение, упал с лошади и был взят в плен.
Державшийся позади Гиз вздохнул с облегчением, избавившись от неугомонного старца. У него появился шанс покомандовать армией.
Колиньи был близок к победе. Бежавшие с поля боя католики явились с встями о поражении к королеве-матери. Екатерина Медичи сухо заметила: « Что ж, придется выучить молитвы по-французски» ( католики читали молитвы на латыни).
Тем временем на другом фланге события развивались примерно так же. Поспешивший вперед Конде столкнулся не только с кавалерией Сен-Андре, но и с фалангой великолепных швейцарских копейщиков. С упорством, достойным лучшего применения, и игнорируя других своих врагов, принц снова и снова бросал свою конницу против копейщиков, которые не уступали.
Видя, что у гугенотов заминка, герцог Гиз посоветовал Сен-Андре начинать общую атаку.
Это было единственное разумное решение за всю битву.
Отчаявшийся Конде с горсткой оставшихся всадников бросился на полк тяжелой кавалерии. Его сразу сбросили с коня и взяли в плен.
Узнав о неприятностях принца, Колиньи собрал остатки своей кавалерии и и помчался через поле спасать положение. Он опрокинул конницу Сен-Андре, и взял в плен маршала. Но он не смог справиться с пехотой Гиза, и в целом сражение закончилось вничью.
Екатерина уговорила двух высокопоставленных пленников начать переговоры, и в марте 1563 года был подписан мир, давший им свободу.
Что происходит, если два худших полководца своей эпохи вступают в битву с друг другом?
Они одновременно берут друг друга в плен.
Колиньи был близок к победе. Бежавшие с поля боя католики явились с встями о поражении к королеве-матери. Екатерина Медичи сухо заметила: « Что ж, придется выучить молитвы по-французски» ( католики читали молитвы на латыни).
Тем временем на другом фланге события развивались примерно так же. Поспешивший вперед Конде столкнулся не только с кавалерией Сен-Андре, но и с фалангой великолепных швейцарских копейщиков. С упорством, достойным лучшего применения, и игнорируя других своих врагов, принц снова и снова бросал свою конницу против копейщиков, которые не уступали.
Видя, что у гугенотов заминка, герцог Гиз посоветовал Сен-Андре начинать общую атаку.
Это было единственное разумное решение за всю битву.
Отчаявшийся Конде с горсткой оставшихся всадников бросился на полк тяжелой кавалерии. Его сразу сбросили с коня и взяли в плен.
Узнав о неприятностях принца, Колиньи собрал остатки своей кавалерии и и помчался через поле спасать положение. Он опрокинул конницу Сен-Андре, и взял в плен маршала. Но он не смог справиться с пехотой Гиза, и в целом сражение закончилось вничью.
Екатерина уговорила двух высокопоставленных пленников начать переговоры, и в марте 1563 года был подписан мир, давший им свободу.
Что происходит, если два худших полководца своей эпохи вступают в битву с друг другом?
Они одновременно берут друг друга в плен.
Источник:
Еще крутые истории!
- Британка сделала ринопластику и бросила мужа, решив, что теперь «слишком хороша для него»
- 14 сильных фотографий, которые рассказывают об истории человечества
- В Бразилии дворник нашел новорожденную в мусорке и решил удочерить её
- Женщина 10 лет ничего не покупает, потому что полностью отказалась от денег
- Завидуйте молча: 17-летний парень бросил все ради женщины с четырьмя детьми
реклама
На то было две основных причины.
1 Местничество, это отнюдь не специфически русское явление. Во всех феодальных государствах средневековья герцогу было западло ходить под графом, а принцу под герцогом.
Чей род древнее - тот и главный.
2 Фактическая неуправляемость войск. Где видишь знамя своего начальника (варианты от рыцарского копья (рыцарь с оруженосцами и слугами) до знамени верховного сюзерена), туда и скачи.
Труба трубит "В атаку" бежишь в атаку. Труба трубит "Смывайся" бежишь назад.
Если часть армии находится вне зоны видимости - общение только через курьеров-адъютантов. Пол часа доскакать туда, передать приказ, через час подойдут сами части (это как минимум, а то и дольше). Где уж тут говорить о толковом управлении? Для большинства полководцев того времени было достаточно привести свою армию навстречу вражеской армии и занять наилучшую позицию. Ну а дальше - как бог даст.
Еще в восемнадцатом начале девятнадцатого века в военных училищах обучали особой армейской специальности - колонновожатый. Задачей данного специалиста было просто привести отряд (полк, дивизию, просто обоз) из пункта А в пункт Б. И данный военный считался высокообразованной армейской элитой ибо должен был не только разбираться в картах, но и в обеспечении вверенной ему части всем необходимым.