12056
5
Так как же с санитарной проблемой обстояли дела в 40-ые годы? Лететь выполнять боевую задачу или оправлять физиологические потребности?
Да, обычно "это" размещалось в хвосте. Подальше от экипажа.
Понятно, что первое, но иной раз без второго никак. Если говорить о фронтовых пикировщиках и штурмовиках, так там действительно проще ничем организм не нагружать, потому как, пикируя на изрыгающие потоки свинца в твою тушку зенитки, можно все что угодно самопроизвольно сотворить.
Другое дело – дальняя авиация. Там все попристойнее будет. Забрались на 10 000 метров и валим. Час, два, три… То ли заберутся истребители противника на такую высоту, то ли нет. А у нас и свои есть, если что. Да и стволы на самолетах никто не отменял…
Но самое главное – когда лететь «всего-то» четыре-пять тысяч километров, то хочешь не хочешь, а придется подумать над вопросами физиологии.
Очень часто «эхсперты» критиковали советские Ил-4 и Пе-8, за то, что там не было туалетов. С одной стороны, да, не было. Это правда.
С другой стороны, практика использования Ил-4 (несложно проверить по многочисленным мемуарам) в качестве дальнего бомбардировщика сводилась к единичным случаям типа налетов на Берлин, коих было всего девять и которые имели скорее психологический эффект.
В основном же Ил-4 работали как обычные бомбардировщики, а основная часть использовалась в качестве торпедоносцев.
Пе-8 выглядел более достойно в качестве дальнего бомбардировщика, но увы, как таковой тоже не использовался. Кроме налетов на Берлин в 1941 году, еще были бомбежки Кенигсберга в 1943 и Хельсинки в 1944. В общем, тоже скорее психологического характера операции.
Так что как таковые санузлы в дальних бомбардировщиках, которые не работали как дальние бомбардировщики, наверное, были не особенно нужны. И свидетельства о том, что в Пе-8 роль туалета играло ведро в хвосте самолета – это вполне себе нормально.
Стоит отметить, что тут были нюансы конструктивного характера. На самолетах того времени (по крайней мере, советского производства) ни о какой герметичности речи не шло. Экипаж на больших высотах работал в кислородных масках на высотах больше 6 000 метров.
А какова температура воздуха на такой высоте? При 15 градусах по Цельсию на поверхности на высоте 6 000 метров будет -24.
Понятно, что первое, но иной раз без второго никак. Если говорить о фронтовых пикировщиках и штурмовиках, так там действительно проще ничем организм не нагружать, потому как, пикируя на изрыгающие потоки свинца в твою тушку зенитки, можно все что угодно самопроизвольно сотворить.
Другое дело – дальняя авиация. Там все попристойнее будет. Забрались на 10 000 метров и валим. Час, два, три… То ли заберутся истребители противника на такую высоту, то ли нет. А у нас и свои есть, если что. Да и стволы на самолетах никто не отменял…
Но самое главное – когда лететь «всего-то» четыре-пять тысяч километров, то хочешь не хочешь, а придется подумать над вопросами физиологии.
Очень часто «эхсперты» критиковали советские Ил-4 и Пе-8, за то, что там не было туалетов. С одной стороны, да, не было. Это правда.
С другой стороны, практика использования Ил-4 (несложно проверить по многочисленным мемуарам) в качестве дальнего бомбардировщика сводилась к единичным случаям типа налетов на Берлин, коих было всего девять и которые имели скорее психологический эффект.
В основном же Ил-4 работали как обычные бомбардировщики, а основная часть использовалась в качестве торпедоносцев.
Пе-8 выглядел более достойно в качестве дальнего бомбардировщика, но увы, как таковой тоже не использовался. Кроме налетов на Берлин в 1941 году, еще были бомбежки Кенигсберга в 1943 и Хельсинки в 1944. В общем, тоже скорее психологического характера операции.
Так что как таковые санузлы в дальних бомбардировщиках, которые не работали как дальние бомбардировщики, наверное, были не особенно нужны. И свидетельства о том, что в Пе-8 роль туалета играло ведро в хвосте самолета – это вполне себе нормально.
Стоит отметить, что тут были нюансы конструктивного характера. На самолетах того времени (по крайней мере, советского производства) ни о какой герметичности речи не шло. Экипаж на больших высотах работал в кислородных масках на высотах больше 6 000 метров.
А какова температура воздуха на такой высоте? При 15 градусах по Цельсию на поверхности на высоте 6 000 метров будет -24.
Неудивительно, что меховые комбинезоны, шерстяное белье и так далее. И ведро в хвосте самолета в качестве унитаза. Можно было вообще не придумывать ничего, все и так замерзало. Главное – вообще умудриться совершить это непростое действие.
Говорят, у Молотова во время его полета на Пе-8 в Америку сохранились воспоминания на всю оставшуюся жизнь…
А вот у американцев…
А что, собственно, у американцев?
Как говорят «эхсперты», у американцев все было просто роскошно. Ну, как положено продвинутой в техническом плане стране. Так что американские экипажи пользовались…
В общем, у них было вот что от фирмы Elsan («Эльсан»):
Говорят, у Молотова во время его полета на Пе-8 в Америку сохранились воспоминания на всю оставшуюся жизнь…
А вот у американцев…
А что, собственно, у американцев?
Как говорят «эхсперты», у американцев все было просто роскошно. Ну, как положено продвинутой в техническом плане стране. Так что американские экипажи пользовались…
В общем, у них было вот что от фирмы Elsan («Эльсан»):
×
В общем, очень похоже на ведро из хвоста Пе-8, но с присобаченным сидением. А вот и нет!
Это фактически один из первых биотуалетов, поскольку это не только емкость для хранения отходов. Это еще и устройство для нейтрализации запаха путем размещения в поддоне неких капсул. То есть фактически пахло и отходами жизнедеятельности, и капсулами с веселым запахом малины.
Напомним, в 40-е годы химия была не та, что сегодня. Оно и сегодня зачастую запахи побеждает… А уж тогда и вообще не говорим.
Кроме того, был еще такой нюанс: для быстроты обслуживания самолета на земле эти малиновые капсулы не давали замерзать содержимому этого устройства.
Понятно, что на высоте 10 тысяч метров все замерзнет не просто благополучно, а в камень. Самолет сел, надо менять контейнер, а там все примерзло вместе с контейнером.
Понятно, что самолет сейчас и самолет тогда – это разные вещи. Если почитать сегодня отзывы пассажиров авиалиний, так для некоторых в тепле, без мехового комбинезона проблема попасть… А уж тогда, да еще в условиях болтанки…
Я не знаю, что лучше. Но ради смеха могу представить себе ситуацию: строй самолетов на высоте идет к цели, снизу начинает работать ПВО немцев. На 10 км снаряд (пусть и не очень эффективно) закидывала даже FlaK 37, то есть 88-мм зенитка. Что говорить о более серьезных 105-мм и 128-мм? Плюс наведение по локатору «Вюрцбург», который определял высоту вполне прилично?
Самолет ложится на крыло, уходя из обстреливаемого сектора, и тут, над Берлином, все, что было накоплено устройством «Эльсан», с зловещим бульканием изливается на пол самолета…
Конечно, при отрицательной температуре, разлившись по полу, субстанция рано или поздно замерзнет. Невзирая на химикаты. Но ближе к окончанию полета начинаются чудеса физики. А пока самолет заправляется, подвешиваются бомбы, заряжаются пулеметы, все начинает оттаивать…
Честно говоря, просто ведро с вонючим льдом здесь выглядит явно предпочтительнее.
Это фактически один из первых биотуалетов, поскольку это не только емкость для хранения отходов. Это еще и устройство для нейтрализации запаха путем размещения в поддоне неких капсул. То есть фактически пахло и отходами жизнедеятельности, и капсулами с веселым запахом малины.
Напомним, в 40-е годы химия была не та, что сегодня. Оно и сегодня зачастую запахи побеждает… А уж тогда и вообще не говорим.
Кроме того, был еще такой нюанс: для быстроты обслуживания самолета на земле эти малиновые капсулы не давали замерзать содержимому этого устройства.
Понятно, что на высоте 10 тысяч метров все замерзнет не просто благополучно, а в камень. Самолет сел, надо менять контейнер, а там все примерзло вместе с контейнером.
Понятно, что самолет сейчас и самолет тогда – это разные вещи. Если почитать сегодня отзывы пассажиров авиалиний, так для некоторых в тепле, без мехового комбинезона проблема попасть… А уж тогда, да еще в условиях болтанки…
Я не знаю, что лучше. Но ради смеха могу представить себе ситуацию: строй самолетов на высоте идет к цели, снизу начинает работать ПВО немцев. На 10 км снаряд (пусть и не очень эффективно) закидывала даже FlaK 37, то есть 88-мм зенитка. Что говорить о более серьезных 105-мм и 128-мм? Плюс наведение по локатору «Вюрцбург», который определял высоту вполне прилично?
Самолет ложится на крыло, уходя из обстреливаемого сектора, и тут, над Берлином, все, что было накоплено устройством «Эльсан», с зловещим бульканием изливается на пол самолета…
Конечно, при отрицательной температуре, разлившись по полу, субстанция рано или поздно замерзнет. Невзирая на химикаты. Но ближе к окончанию полета начинаются чудеса физики. А пока самолет заправляется, подвешиваются бомбы, заряжаются пулеметы, все начинает оттаивать…
Честно говоря, просто ведро с вонючим льдом здесь выглядит явно предпочтительнее.
Вот так было нереально. Во благе и с книжкой, понятно, что снимок сделан на земле. В воздухе все это выглядело несколько иначе.
Тем более что можно было попасть вообще в пикантную ситуацию. Это когда самолет начинал маневр в то время, как вы сидите на «Эльсане». После 4-5 часов полета в экипаже из 10 человек (в качестве примера взят В-17) содержимое устройства запросто могло не только слегка вас намочить, но и пролиться (о ужас!) на ваш меховой комбинезон…
Перспектива провести весь обратный путь (еще 4-5 часов) в комбинезоне, который пахнет как…
Наверное, стоит задуматься, что лучше. Японцы, например, задумались, и в их исполнении это выглядело как некое аэродинамическое устройство с вытяжкой всего попадающего наружу. Им каким-то образом удалось решить главную проблему – замерзания.
Наши решать проблему не стали, а при необходимости замерзшее ведро можно было просто выкинуть над территорией, занятой противником. Кстати, тем же грешили и американцы с англичанами. Да, англичане в своих «Веллингтонах» и «Ланкастерах» тоже использовали американские чудо-устройства.
Тем более что можно было попасть вообще в пикантную ситуацию. Это когда самолет начинал маневр в то время, как вы сидите на «Эльсане». После 4-5 часов полета в экипаже из 10 человек (в качестве примера взят В-17) содержимое устройства запросто могло не только слегка вас намочить, но и пролиться (о ужас!) на ваш меховой комбинезон…
Перспектива провести весь обратный путь (еще 4-5 часов) в комбинезоне, который пахнет как…
Наверное, стоит задуматься, что лучше. Японцы, например, задумались, и в их исполнении это выглядело как некое аэродинамическое устройство с вытяжкой всего попадающего наружу. Им каким-то образом удалось решить главную проблему – замерзания.
Наши решать проблему не стали, а при необходимости замерзшее ведро можно было просто выкинуть над территорией, занятой противником. Кстати, тем же грешили и американцы с англичанами. Да, англичане в своих «Веллингтонах» и «Ланкастерах» тоже использовали американские чудо-устройства.
Но если верить свидетельствам тех, кто пользовались этими «Эльсанами», то проще было отправляться в полет максимально пустыми в физиологическом плане.
Пилотам было еще хуже. Самолеты того времени не были оборудованы такими автопилотами, как их современные коллеги. Поэтому пилот обязан был проводить все время за штурвалом. А про истребители дальнего действия приходится просто молчать.
Потому истребители дальнего действия и бомбардировщики в пилотской кабине были оборудованы «urinal tube» или писсуаром. Покрышкин в Иране был удивлен наличием трубочки с воронкой в кабине «Аэрокобры», поскольку для наших ВВС такие полеты были несвойственны. А «Кобра» планировалась именно как истребитель сопровождения, поэтому несколько часов полета для пилота Р-39 – это нормально.
Японцы, чьи истребители проводили в воздухе по 6-7 часов, решали свои проблемы примерно так же.
В целом же во время войны кто-то уделял внимание физиологическом проблемам, а кто-то нет. В любом случае, в самолет экипаж садился для того, чтобы выполнять боевую задачу. Конечно, для этого стоило создать хотя бы минимальные удобства.
Пилотам было еще хуже. Самолеты того времени не были оборудованы такими автопилотами, как их современные коллеги. Поэтому пилот обязан был проводить все время за штурвалом. А про истребители дальнего действия приходится просто молчать.
Потому истребители дальнего действия и бомбардировщики в пилотской кабине были оборудованы «urinal tube» или писсуаром. Покрышкин в Иране был удивлен наличием трубочки с воронкой в кабине «Аэрокобры», поскольку для наших ВВС такие полеты были несвойственны. А «Кобра» планировалась именно как истребитель сопровождения, поэтому несколько часов полета для пилота Р-39 – это нормально.
Японцы, чьи истребители проводили в воздухе по 6-7 часов, решали свои проблемы примерно так же.
В целом же во время войны кто-то уделял внимание физиологическом проблемам, а кто-то нет. В любом случае, в самолет экипаж садился для того, чтобы выполнять боевую задачу. Конечно, для этого стоило создать хотя бы минимальные удобства.
Еще крутые истории!
- Британка сделала ринопластику и бросила мужа, решив, что теперь «слишком хороша для него»
- Женщина 10 лет ничего не покупает, потому что полностью отказалась от денег
- Завидуйте молча: 17-летний парень бросил все ради женщины с четырьмя детьми
- В Бразилии дворник нашел новорожденную в мусорке и решил удочерить её
- 14 сильных фотографий, которые рассказывают об истории человечества
Восьмидесятые годы прошлого века.
Рейс г. Красноярск - г. Туруханск (это в крае. Самолет АН-2.
Груз - апельсины.
Экипаж составляют опытный пилот Михалыч и юный Алексей.
Долетели до пункта назначения нормально.
Теперь, собственно, и начинается сама история.
Обратный рейс по тому же маршруту. В Красноярск возращался стройотряд,
состоящий исключительно из одних девушек.
Леха перед ними ходит щеголем, каждой мадаме при посадке в самолет
подает руку, при этом говорит кучу комплиментов. Словом свои поведением
показывает, что моль я командир экипажа и по совместительству воздушный
волк и рыцарь в одном лице.
Михалыч молча смотрит на Лехины выкидоны и виду перед девушками не
показывает, кто на самом деле кто. Зачем дело ведь молодое, пусть
расслабляется.
Взлетели. Леха через кажые три минуты выходит в салон, интересуется как
дела у пассажиров, не тошнит ли кого и задает дпугие дурацкие вопросы.
Так продолжалось недолго - двадцать минут.
Через двадцать одну минуту у Лехи от сьеденных ранее апельсинов забурлил
живот, с характерными позывами.
А в АН-2 туалета нет!
- Михалыч, что делать, терпеть больше не могу? - сквозь зубы почти
плачит наш юный герой.
Опытный Михалыч ему и говорит:
- Садись одной половинкой задницы на подлокотник моего кресла, а второй
на свой подлокотник. Снимай штаны и подставляй под низ пакет. Понял?
Делать нечего и Леха гордо взбирается на импровизированный унитаз.
Начинает делать свое вонючее дело.
В этот момент, то ли от того, что "Воздушный волк" не плотно закрыл
дверь в кабину пилотов, то ли просто дверная защелка не выдержала
перегрузку на одной из воздушных ям, дверь тихонько без скрипа
открывается.
Десять пар прекрасных девичьих глаз видят изумительную по красоте
картину - прямо в проходе между креслами висит огромная жопа, с паетом.
Леха этого не видит, но каким седьмым-пятнадцатым чувством понимает, что
что-то не так. Он резко оглядывается и 0-0-0 УЖАС, что он видит, а видит
он то, что пассажирки видят его в непотребном виде.
Стыд, срам, безумие, позор, расстерянность все это сразу пронеслось в
мозгах бедного Лехи. Он с перепугу, забыв одеть штаны, спешит закрыть
дверь, с первого раза конечно это не получается, но он старается одной
рукой орудуя с дверной защелкой, а вот вторая рука с пакетом тянется к
Михалычу.
- Михалыч, куда это деть-то?
Спокойный Михалыч и на этот раз невозмутим:
- Закрой нормально дверь, открой форточку, выкинь пакет за борт, заодно
и воздух проветрится.
Сказано-сделано. пакет удачно выброшен в открытую форточку. огорчает
только то, содержимое пакета, так как он не был заявзан, равномерно
растеклось по фюзеляжу.
Аэропорт Красноярска. Механик с помощником ждут свой АН-2.
Наконец в небе появляется точка, которая постепенно превращается в
родной самолет. АН-2 подкатывает к механикам.
Их деалог.
- Сморти наши удачно вернулись.
- Это хорошо, только посмотри какая то падла весь самолет обосрала.
Ну вот вроде бы и все. Говорят тех студенток из самолета выносили
скрюченными, у некторых от смеха случились припадки, даже потребовалась
медицинская помощь.
И вот летит этот мужик и слышит, как в эфире переговариваются диспетчеры с экипажами бомбардировщиков. Летчики, соответственно, сообщают, типа:
- Я - борт такой-то, остаток топлива - 10 тонн, обороты в норме, шасси выпустилось и т. п.
Ну мужик и влез:
-Я - борт такой-то, остаток топлива - 400 кг. Иду на одном двигателе, шасси не убирается...
Для него тут же срочняком очистили полосу... И на глазах у всего аэродрома кукурузник гордо сел под вой сирен пожарных машин и машин "скорой помощи"...
блин... это было самое страшное (потому что я видел, что сам пилот планера п-е-р-е-с-р--а-л)
так что да, летать я тепрь боюсь, но я пытаюсь получит права лётчика
(ну это я так назывваю)
летать я уже летал, и знаю как ччто и куда нажимать, но хочу чтоб были орфициальные бумаги
на вертолет у меня бабла не хавтит (да скорее всего и не заработаю)
но чтобв аренду брать... это думаю я потяну
пока "малая авиация"
и для меня было высшей похвалой, когда более молодой пилот (на 15 лет меня младше ) он меня похвалил
и для меня эта похвала ну была приятна (я по нимаю что он ну ну намного меня круче)
- Вовка, спасибо, что ты не орал, как резанная свинья, когда мы падали :)
я это не планировал, но блин... то что ты не орал - это круто (а я тогда был просто пассажиром - баластом)
(мы были на планре (без мотора) )
ну они и начали:
- Второй, а ты так можешь? - И раз, петлю.
- Третий, могу! - Повторяет - А ты так? - Делает колокол.
Выпендриваются, а пилота транспортника это задело, он по рации:
- Второй, третий, а спорим, я сейчас такое сделаю, что вы не повторите.
Эти пристраиваются сзади, чтоб лучше видеть.
- Первый, давай!
- Смотрите!
И продолжает лететь по прямой. Минуту, две,... , пятнадцать. Истребители не выдерживают:
- Первый! Ну?
- А я уже сделал!
- Что?
- Сходил посрал с сигареткой!!!
Источник: