353
1
Вся нынешняя система российского политического управления висит на одном забавном противоречии. Есть у правящей группировки два постулата, достаточно явных, на которых они строят свою деятельность.
Первый такой: «если народ не бунтует – значит, он всем доволен». Звучит, прямо скажем, немного вызывающе, поэтому совсем уж «в лоб» его редко озвучивают – однако в том, что на деле руководствуются именно им, сомнений нет. И такая постановка вопроса, как ни странно, работает! Прежде всего, очевидно, за счет простоты.
То есть буквально: никакие там соображения «моральности», «логичности», «верности предыдущим обещаниям», «милосердия», тем паче «соответствия законам» и т.п. роли не играют – если властная группировка решила (нашла для себя выгодным и/или целесообразным) провернуть некое дельце – она его проворачивает, и остановить ее может только реальный БУНТ. Причем всякое «бурление в энторнетах» за бунт, естественно, не считается.
Более того: за долгие годы нахождения у власти данный принцип у власть предержащих тоже эволюционировал, и теперь он звучит еще круче: «если не бунтуют – значит, одобряют». То есть само по себе отсутствие бунта уже на полном серьезе воспринимается как властью, так и ее бесчисленной челядью и прихлебателями как знак одобрения всех ее действий населением. «Вот же, - говорят нам, - смотрите: на улицах все спокойно, люди ходят в булочную, гуляют с детьми в парке, урны не переворачивают; ЗНАЧИТ, они нас полностью во всем поддерживают!»
От такой простодушной и прямой постановки вопроса можно долго возмущаться и пускать пузыри от гнева; тем не менее стоит признать, что возразить властным «прагматикам», как они сами себя называют, не так-то легко.
Удобство для властей, пользующихся критерием «отсутствие бунта» - в его универсальности. То есть наши власти, установив, что он «прекрасно работает», постепенно полностью упразднили все прочие формы обратной связи «народ-власть» - за ненадобностью. Прежде всего, конечно, выборы – которые обессмыслили разными «поправками» до почти советской ритуальной процедуры «демонстрации лояльности». Заодно основательно прижали СМИ – так, что реально массовые из них или исчезли, или уже не имеют возможности ставить острые и «неудобные» вопросы, поднимать «неудобные» темы.
А в последнее время практически прикрыли даже чисто декоративные формы обратной связи, типа «общественных слушаний» или «Общественной палаты», превратив их не просто в балаган, а в никому не неинтересный балаган. Одно время на волне Болотной и Сахарова президент призывал выдвигать «общественные инициативы», которые якобы подлежали рассмотрению в Государственной Думе, «если они наберут более 100 тысяч подписей». Сколько реально было выдвинуто и рассмотрено таким образом? Правильно – нисколько.
Нэ трэба.
Так за 10 лет власти и делали буквально все, что хотели, и лишь пару раз основательно сдавали назад – оба раза это было в результате бунта. Первый – после пресловутой «монетизации льгот», когда пенсионерские «перекрытия магистралей» в конечном итоге «залили деньгами» (деньгами, которые первоначально никто не собирался тратить). И второй раз – в 2011-12 гг., когда после стотысячных демонстраций власти вдруг резко сдали назад в области политических свобод, мигом либерализовав процедуру создания партий и «неожиданно» разрешив выборы губернаторов (хотя еще за год до этого Медведев говорил, что «выборов губернаторов в России не будет в ближайшие сто лет»).
Однако есть ведь и второй постулат, к которому власти, в отличие от Общественной Палаты, относятся трепетно: это «борьба с Майданом». На самом деле этой «борьбе» уже больше 10 лет, раньше она еще называлась «борьба с оранжевой угрозой». На эту борьбу бросаются огромные силы и средства, о ней постоянно гудит агитпроп, непрерывно создаются целые «общественные движения», цель которых – именно «не допустить майдана».
Что власти говорят о «майдане» (причем, похоже, сами в это верят?) Майдан, в понимании агитпропа, вещь простая: это Апокалипсис. КОНЕЦ ВСЕГО. Это То, Чего Ни в Коем Случае Нельзя Допустить. Потому что Майдан – это однозначно происки врагов, шпионов и Госдепа, он означает хаос, массовые убийства, пожары, разруху, мрак, глад и конец Руси Великой. Майдан – это то, что хотят ВРАГИ. Это ужас.
Заодно так же все, что так или иначе связано с «майданом» или хотя бы намекает на «майдан», российским официозом стигматизируется и всячески изгоняется из общественного пространства. Майдан, как Воландеморт – это то, «что нельзя называть», настолько это плохо и ужасно.
А теперь давайте просто сравним первый и второй постулат нынешних российских властей. С одной стороны, «нет бунта – значит, нас одобряют»; с другой – «майдан – это самое ужасное, что только может быть на свете, хорошего майдана не бывает».
Получаем любопытную вещь: с одной стороны, все формы обратной связи общество-власть, кроме прямого бунта, режимом заботливо дезактивированы, выключены. СМИ, выборы, даже любые формы «общественных слушаний» - все превращено в труху. Власти практически открыто говорят, что готовы прислушаться только к бунту.
Бунт как бы признается единственным «легитимным возражением», к которому власть готова прислушаться… и одновременно он же, но под названием «майдан», трактуется той же властью как едва ли не самый страшный, смертный грех и предательство! Да-да, ведь отличить бунт от майдана на самом деле практически невозможно.
В итоге получаем очень и очень интересную концепцию, по которой де-факто живет нынешняя российская власть: сместить ее законным образом нельзя (выборов как таковых нет); но и бунтовать против нее тем более нельзя, «потому что майдан!» И при этом отсутствие бунтов – в картине мира этой власти – само по себе означает ее полное одобрение народом.
Попросту говоря ВООБЩЕ НИКАКОГО ИНОГО ВЫХОДА, кроме как «одобрять ее целиком и полностью», нынешняя власть своему народу не оставляет. Даже теоретически. В своем роде совершенная, полностью герметичная конструкция. Этим она, конечно, очень похожа на Советскую власть (не зря нынешний режим так тянется все время к советским образцам). Советы ведь тоже исходили из простенького постулата, что «трудящиеся не могут восставать против Советов, поскольку Советы – это власть самих трудящихся; разве ж можно восставать против собственной власти?!» Этим софизмом большевики глушили всех недовольных довольно успешно практически вплоть до своего схода со сцены в 1991.
В нынешней конструкции властей в РФ уникально то, что такого оправдания, как у Советов, у путинского режима нет. Он ведь не «власть трудящихся». То есть никаких обоснований, почему, собственно, народ эту власть должен только одобрять, без каких-либо иных опций, просто НЕТ. Они не «трудящиеся», не «помазанники божии», не «дух русской нации», не «самые умные, красивые и успешные». Можно было бы сказать, что «их избрало большинство» - но это говорить представители режима ОЧЕНЬ не любят (скажем, в речах Путина практически не встречается слово «избиратели»). И это понятно: если говорить о том, что «нас выбрали», значит, придется подразумевать, что «могут и не выбрать» - а такая опция, как мы помним, в наборе, предлагаемом властной группировкой, отсутствует.
То есть буквально: никакие там соображения «моральности», «логичности», «верности предыдущим обещаниям», «милосердия», тем паче «соответствия законам» и т.п. роли не играют – если властная группировка решила (нашла для себя выгодным и/или целесообразным) провернуть некое дельце – она его проворачивает, и остановить ее может только реальный БУНТ. Причем всякое «бурление в энторнетах» за бунт, естественно, не считается.
Более того: за долгие годы нахождения у власти данный принцип у власть предержащих тоже эволюционировал, и теперь он звучит еще круче: «если не бунтуют – значит, одобряют». То есть само по себе отсутствие бунта уже на полном серьезе воспринимается как властью, так и ее бесчисленной челядью и прихлебателями как знак одобрения всех ее действий населением. «Вот же, - говорят нам, - смотрите: на улицах все спокойно, люди ходят в булочную, гуляют с детьми в парке, урны не переворачивают; ЗНАЧИТ, они нас полностью во всем поддерживают!»
От такой простодушной и прямой постановки вопроса можно долго возмущаться и пускать пузыри от гнева; тем не менее стоит признать, что возразить властным «прагматикам», как они сами себя называют, не так-то легко.
Удобство для властей, пользующихся критерием «отсутствие бунта» - в его универсальности. То есть наши власти, установив, что он «прекрасно работает», постепенно полностью упразднили все прочие формы обратной связи «народ-власть» - за ненадобностью. Прежде всего, конечно, выборы – которые обессмыслили разными «поправками» до почти советской ритуальной процедуры «демонстрации лояльности». Заодно основательно прижали СМИ – так, что реально массовые из них или исчезли, или уже не имеют возможности ставить острые и «неудобные» вопросы, поднимать «неудобные» темы.
А в последнее время практически прикрыли даже чисто декоративные формы обратной связи, типа «общественных слушаний» или «Общественной палаты», превратив их не просто в балаган, а в никому не неинтересный балаган. Одно время на волне Болотной и Сахарова президент призывал выдвигать «общественные инициативы», которые якобы подлежали рассмотрению в Государственной Думе, «если они наберут более 100 тысяч подписей». Сколько реально было выдвинуто и рассмотрено таким образом? Правильно – нисколько.
Нэ трэба.
Так за 10 лет власти и делали буквально все, что хотели, и лишь пару раз основательно сдавали назад – оба раза это было в результате бунта. Первый – после пресловутой «монетизации льгот», когда пенсионерские «перекрытия магистралей» в конечном итоге «залили деньгами» (деньгами, которые первоначально никто не собирался тратить). И второй раз – в 2011-12 гг., когда после стотысячных демонстраций власти вдруг резко сдали назад в области политических свобод, мигом либерализовав процедуру создания партий и «неожиданно» разрешив выборы губернаторов (хотя еще за год до этого Медведев говорил, что «выборов губернаторов в России не будет в ближайшие сто лет»).
Однако есть ведь и второй постулат, к которому власти, в отличие от Общественной Палаты, относятся трепетно: это «борьба с Майданом». На самом деле этой «борьбе» уже больше 10 лет, раньше она еще называлась «борьба с оранжевой угрозой». На эту борьбу бросаются огромные силы и средства, о ней постоянно гудит агитпроп, непрерывно создаются целые «общественные движения», цель которых – именно «не допустить майдана».
Что власти говорят о «майдане» (причем, похоже, сами в это верят?) Майдан, в понимании агитпропа, вещь простая: это Апокалипсис. КОНЕЦ ВСЕГО. Это То, Чего Ни в Коем Случае Нельзя Допустить. Потому что Майдан – это однозначно происки врагов, шпионов и Госдепа, он означает хаос, массовые убийства, пожары, разруху, мрак, глад и конец Руси Великой. Майдан – это то, что хотят ВРАГИ. Это ужас.
Заодно так же все, что так или иначе связано с «майданом» или хотя бы намекает на «майдан», российским официозом стигматизируется и всячески изгоняется из общественного пространства. Майдан, как Воландеморт – это то, «что нельзя называть», настолько это плохо и ужасно.
А теперь давайте просто сравним первый и второй постулат нынешних российских властей. С одной стороны, «нет бунта – значит, нас одобряют»; с другой – «майдан – это самое ужасное, что только может быть на свете, хорошего майдана не бывает».
Получаем любопытную вещь: с одной стороны, все формы обратной связи общество-власть, кроме прямого бунта, режимом заботливо дезактивированы, выключены. СМИ, выборы, даже любые формы «общественных слушаний» - все превращено в труху. Власти практически открыто говорят, что готовы прислушаться только к бунту.
Бунт как бы признается единственным «легитимным возражением», к которому власть готова прислушаться… и одновременно он же, но под названием «майдан», трактуется той же властью как едва ли не самый страшный, смертный грех и предательство! Да-да, ведь отличить бунт от майдана на самом деле практически невозможно.
В итоге получаем очень и очень интересную концепцию, по которой де-факто живет нынешняя российская власть: сместить ее законным образом нельзя (выборов как таковых нет); но и бунтовать против нее тем более нельзя, «потому что майдан!» И при этом отсутствие бунтов – в картине мира этой власти – само по себе означает ее полное одобрение народом.
Попросту говоря ВООБЩЕ НИКАКОГО ИНОГО ВЫХОДА, кроме как «одобрять ее целиком и полностью», нынешняя власть своему народу не оставляет. Даже теоретически. В своем роде совершенная, полностью герметичная конструкция. Этим она, конечно, очень похожа на Советскую власть (не зря нынешний режим так тянется все время к советским образцам). Советы ведь тоже исходили из простенького постулата, что «трудящиеся не могут восставать против Советов, поскольку Советы – это власть самих трудящихся; разве ж можно восставать против собственной власти?!» Этим софизмом большевики глушили всех недовольных довольно успешно практически вплоть до своего схода со сцены в 1991.
В нынешней конструкции властей в РФ уникально то, что такого оправдания, как у Советов, у путинского режима нет. Он ведь не «власть трудящихся». То есть никаких обоснований, почему, собственно, народ эту власть должен только одобрять, без каких-либо иных опций, просто НЕТ. Они не «трудящиеся», не «помазанники божии», не «дух русской нации», не «самые умные, красивые и успешные». Можно было бы сказать, что «их избрало большинство» - но это говорить представители режима ОЧЕНЬ не любят (скажем, в речах Путина практически не встречается слово «избиратели»). И это понятно: если говорить о том, что «нас выбрали», значит, придется подразумевать, что «могут и не выбрать» - а такая опция, как мы помним, в наборе, предлагаемом властной группировкой, отсутствует.
Источник:
Ссылки по теме:
- Обещалочки от Путина
- Киборги геи и другие свежие новости с сарказмом ORIGINAL* 21/08/2019
- Здравствуй, Люба! Я вернулся. А также другие свежие новости с сарказмом ORIGINAL* 23/08/2019
- Нетаньяху на Украине и другие свежие новости с сарказмом ORIGINAL* 19/08/2019
- День флага России и другие свежие новости ORIGINAL* 22/08/2019
Новости партнёров
реклама
Сейчас у нас выборы в гор и краевую думу, и также депутата в Госдуму. ЕдРо будет в страшном меньшинстве. Многие многолетние местные депутаты резко стали превращаться в самовыдвеженцев.
После выборов опасаемся что у Хабаровска статус города отберут и с карты сотрут.
Я к чем. Бунт это глупо ибо история не помнит ни одного благополучно закончившегося бунта.
(...) На день флага (при чём в то же самое место, которое предоставляли для митингов оппозиции) пришло в несколько раз больше людей, чем на антиправительственные поскакушки. Невзирая на то, что их не призывали туда ни модные рэперы, ни модные блогеры.
(...) Вообще, российский либерал – это предельно странное существо. Ненавидит страну, в которой живёт, но не уезжает. Восхищается далёким Западом, но не едет туда. А если даже уезжает (как Ходорковский или Каспаров), то вместо того, чтобы налаживать свою жизнь на новом месте (как, например, сделал я) они продолжают говорить и писать гадости про Россию. Мотивируя это «стремлением переделать неправильную Россию в правильную»
.(...) И что же хотят предложить широким народным массам российские либералы? Разделение России на части, отказ от территорий, отказ от суверенитета и самобытности, отказ от «геополитических амбиций», приватизацию всего и вся, ликвидацию социального государства и так далее.
В общем, классическое «Рус, стафайся! Ф плену тебья ждут горьячий чай и наше радушие». И после этого они ещё искренне удивляются, почему в многомиллионной России их поддерживает такое ничтожное количество людей?(...)
Ситуация предельно проста. В наше время, когда у подавляющего большинства населения есть свободный доступ к интернету, и любой желающий может увидеть и жесточайший полицейский произвол в США, и толпы бездомных на улицах американских городов, и почитать про космические распилы в американском ВПК (с неплавающими авианосцами и «условно летающими» новейшими истребителями), продолжать верить в успешный успех англосаксонских Белых Господ и прочую ахинею про «невидимая рука рыночка порешает» могут только клинические дегенераты.
А таких в России ничтожное меньшинство.
Что, собственно, митинги на Сахарова и показали.(...)
Если бы я была гражданкой России, вы бы именно этими "146" оперировали вовсю. )))
Шоподелать - методичка.
Кремлеботом меня обозвать трудно - вот вы и тычете мне паспорт.
А про куратора - ни слова. ))) Ему - можно. А?!
И я даже понимаю тех, кто минусует.
Бунтовать - опасно, обязательно будут вмешательства, будет хаос, а значит огромный урон. А через выборы все же можно, хоть и со скрипом. Смотрите ролики Платошкина, там все разложено по полочкам. А отсутствие любых реакций кроме бунта и демонизация самого бунта легко подтверждается тем, что во всех подвластных СМИ всяких наваляльных, соболей, ходорковских и прочих макаревичей называют (внимание!!!) - оппозицией!!!! Пля, да это просто враги, агенты влияния! Ведь если этих врагов назвать оппозицией, то тогда и тех кто по делу критикует власть олигархов и предлагает полезные реформы на пользу стране, тоже можно записать в оппозицию, в одну банду. Т.е. у властных сми и Платошкин и Стариков и Спицин и другие, кто ратует за справедливую и честную власть, они тоже типа как и наваляльные - оопозиционеры! уловили - они типа все оппозиция. Э неее. Надо разделять - вот эти леберасты и враги, а это - народная оппозиция.
Вы вот суки все гундосите, что власть деньги на хрень всякую тратит, а не строит детские садики. Так детские садики и не могут построить, потому, что вас мудаков надо на митинге охранять, надо устанавливать отцепления, что бы вас народ не побил, надо ваши сраные пикеты сопровождать. А это деньги деньги и еще раз деньги которая сраные либеральные высерки крадут у моего народа. Росгвардейцы вместо того чтобы бандитов по лесам отлавливать вынуждены стоять по 20 часов и смотреть как вы твари на айфончики фотаетесь и кофий старбаксовский пьете. Потом тратить на вас еще топливо автозака и бумаги заполнять.
Это бездельники и бездари протестанты полюционеры, воруют деньги у Российского народа.
Это был музыкфестиваль и демо вместе. Ходили по улицам танцевали, диджеи себе рекламу делали, не больше того. Из негатива - там наркоты много было.
А так там офигенно было, мы ездили с пацанами по молодости потусить.
С дефками с низкой ответственность позажигать.
Потом откат Берлину не дали- они запретили. Мы не ездили. Да и жены появились, они нервно к этому относятся))) Организатор стал по всяким колхозам проводить. Потом люди погибли и его вообще запретили.
Кстати полицай нас и гонял, но вяло- ждали пока нацики опистюрятся, потом подходили с скорой вместе, а мы пацанов назад выталкивали.
Если помнишь, даже на фихах кое-кто жалобные посты писал за Мюнхен. Типа "а нас то защо" бггг)))
"Правящая группировка" эти постулаты афтору-дебилу по почте переслала? Или он в эту группировку вхож и ему их изложили в бане на попойке?
Или еплан просто излагает свои фантазии, выдавая их за факты?
Вы с ума сошли?
Вообще не заходила в этот пост. Щас гляну.